среда, 1 июля 2015 г.

Мастерская. Как писать? Детский лепет «правнуков Победы», или О том, как сегодня разговаривают в детских садах

Однажды  открыла одну из районных газет и была шокирована: почему именно так мы пишем? И захотелось поделиться наболевшим...
Итак...
Неужели на самом деле кто-то поверит в то, что малыши-дошколята владеют оборотами речи, характерными для деловых бумаг: учредительных документов, договоров, актов, должностных инструкций, приказов, распоряжений и т.д.? Другими словами, говорят... канцеляризмами. А у нас они свободно выражаются оными: «обеспечивал полк связью», «принимал участие в освобождении Украины», «были представлены к ордену», «признан инвалидом», «проживал в станице», «демобилизован в 1946 году после ранения»  и т. д.


Если бы это было признаком высокого интеллекта, можно было бы назвать дошколят  «детьми индиго», но ведь канцеляризмы не имеют ничего общего с творчеством! Напротив, они губят творчество на корню, не давая ему раскрыться, и в конечном итоге вызывают в читателях, выражаясь очень мягко, нелюбовь к газете.

Удивительно, что эти «правнуки Победы» в совершенстве владеют тавтологией! Они взращивают ее зерна даже там, где ее, тавтологии, не должно быть и следа. Например, «прапрадед... взрослым мужчиной, когда ему уже было 44 года». Понятно, что если мужчина, а не малыш, то он взрослый, ну, а если – и мужчина, и взрослый, и 44 года, то это уже втройне понятно.
 
Воспитанники детских садиков имеют настолько узкий словарный запас, что не озадачивают себя подбором синонимов, как это делают журналисты, публицисты, писатели. И потому они составляют корявые тексты, составленные из одних и тех же слов: «вновь вернулась на фронт», «солдаты стали возвращаться домой и моя прабабушка тоже вернулась домой»; «полк принимал участие в боях», «принимал участие в освобождении...», «принимал участие в боевых действиях».

Особенно «любят» дети так называемые «былизмы»: «был ранен», «был комендантом», «прадедушке было 13 лет», «были представлены к ордену» и т. д. Да, это не единственный «паразит» в наших текстах, но есть много способов борьбы с ним. Многие начинающие авторы (общепринято, что «былизмами» болеют в основном начинающие писатели) тестируют свои тексты и начинают бить тревогу, если у них более чем 7-12 слов на 10 тысяч знаков с пробелами. Согласитесь, наши детсадовцы бьют все рекорды!

Инверсия (обратный порядок слов), а также произвольная расстановка слов в предложении тоже присуща малышам-дошколятам. Не понимают они, скорее всего, что это может привести к нарушению логических связей между словами, а порой и вообще изменить смысл. «Был тяжело ранен... находился на излечении в госпитале». Что первично? Что причина, а что – следствие? Он был ранен, а потом попал в госпиталь, или же, попав в госпиталь, был ранен? «Перевязывала раненых солдат, промывала им раны». Неужели девушка сначала перевязала рану, а потом ее промыла? «В октябре 1943 года вынося с поля боя командира был тяжело ранен». Да, наши детсадовцы написали это предложение без запятых. Но это ли главное? Обратите внимание на то, что «вынося» - это деепричастие настоящего времени. Вяжется ли оно с событиями, произошедшими в Прошлом?

Некоторые предложения очень даже соответствуют определению «детский лепет». Например, «воевал мой прапрадед в обороне Ленинграда» (или он держал оборону?); «был ранен, служил сержантом 166 стрелковой дивизии Первой ударной армии. После ранения вернулся в строй служил сержантом служил сержантом 523 стрелкового полка» (ох, как он, видимо, заслужился, что вышел из пункта А, а вернулся в пункт Б).

Еще наши детки пытаются засыпать нас, рядовых читателей, второстепенной, совершенно ненужной, а потому и не запоминаемой, информацией. Она цепляется как репей, и ничем не искоренить ее, кроме как обычным «обрезанием». Попробуйте с первого раза понять, о чем говорит «детсадовец» в этом предложении: «Мой прадедушка Иван Евдокимович Демьяненко родился 18 января в 1929 году в семье простого крестьянина, родители которого были переселенцами из Полтавской Губернии, они жили сначала в станице Новомалороссийской, а затем, когда построили железную дорогу в станице Бузиновской, их семье дали надел земли в этой станице на хуторе Красном». Кто жил в станице Новомалороссийской: семья деда или его родители? Кто строил железную дорогу? Его родители? Да и вообще, причем здесь железная дорога, если тема полосы – «Победа»? 

Любой читатель не просто «проглатывает» текст. Он обращает внимание на интонацию, то есть, на мелодику, ритм, интенсивность звуков, на логическое ударение. На все то, что заложил в свой текст автор. Выделяют различные виды интонации: вопросительную, восклицательную, перечислительную, выделительную, пояснительную и т.д. Риторический вопрос: какая интонация заложена в предложениях наших детсадовцев, например, здесь (если она есть!): « в сентябре был ранен...», «после ранения вернулся...», «Воевал на Курской дуге», «Обеспечивал полк связью», «ходил в разведку».  Есть ли здесь мелодика речи? Какой ее темп? А тембр? Он мрачный? Веселый? Испуганный? Я уж не говорю о насыщении текста различными мыслями, чувствами, состояниями сознания...

Пожалуй, трудно перечислить все «достоинства» «детского лепета», настолько широк их диапазон... И говорить о них можно бесконечно. Но все же не отмечу еще одно – коммуникативные качества речи, то бишь, отсутствие таковых. Напомню, что основными свойствами как устной, так и письменной речи являются логичность, точность, понятность, богатство, разнообразие речи, чистота, выразительность, уместность. Если же кратко, то правильность плюс ясность плюс красота. Только в своей совокупности они и являются средством человеческого общения.

Так почему же мы забываем об этом, наполняя страницы своей газеты (средства массовой информации, а не личной переписки малышей-детсадовцев!) детским лепетом? 

Комментариев нет:

Отправить комментарий